Про киясные цитоки

Дорогой друг Лёва!

Вот уже полторы недели я вспоминаю о естественнонаучном диспуте, который состоялся у нас с тобой. Так случилось, что на солнечной лужайке я показала тебе ярко-красные цветочки, и объяснила, что киясные цитоки эти — маки.

Но на противоположном конце лужайки тоже росли красные цветочки. И ты, Лёва, гордясь свежеобретёнными знаниями, уверенно показал на цветы и сказал: «Маки!»

«Это анемоны, Лёва», — пришлось виновато сознаться мне.

Ты был потрясён неожиданным коварством природы. Мир, определённый и структурированный, вдруг пошёл рябью и начал непредсказуемо корчить тебе рожицы, и допустить такое было ну, никак нельзя.

«Это не нимоны, это — маки!» — отпарировал ты, призывая мир к порядку.

«Анемоны, Лёва. Вот, посмотри сам…» — но ты не хотел смотреть, ты утверждал логичность мира: «Маки!!!»

Подобное ̶б̶е̶з̶о̶б̶р̶а̶з̶и̶е̶ разнообразие было возмутительным и предательским. И я уже не стала тебе говорить, друг мой, что в недообследованных тобой уголках той же бесконечной лужайки нагло прятались ещё и лютики и тюльпаны.

И они тоже цитоки.

И тоже киясные!

Поэтому я решила написать тебе и показать наши красные цветы на картинках в надежде, что мама тебе всё прочитает и покажет, и тебя удастся убедить.

Ну, если не сейчас, то через пару-тройку лет.

К тому же, я отчего-то подозреваю, что некоторые дяденьки и тётеньки чуть постарше двух с половиной лет тоже найдут в этом рассказе много нового для себя.

Итак, смотрим картинки и читаем подписи к ним.

Анемон, он же ветренница, он же каланит на иврите.
Расцветает раньше всех остальных красных цветов.
Именно ради анемонов каждый февраль пол-Израиля срывается с места и мчится в Негев. Который, обычно являясь вполне себе пустыней, в это время превращается вот в такое буйство зелёного и алого.
И это действительно совершенно невероятное зрелище.
Итак, начинаем учиться анемон узнавать.
Ну-ка, что мы тут видим?
Во-первых, пушистый стебелёк.
Во-вторых, резной зелёный «воротничок».
Как будто кто-то привязал листики петрушки, озорник такой.
Когда цветок только распустился, «воротничок» находится прямо под чашечкой цветка.
Но с ростом цветка он «спускается» всё ниже.
То есть, конечно, не спускается — это цветок тянется вверх, вытягивая стебель и превращая воротничок в поясок.
У анемона 5-6 лепестков.
Иногда, правда, бывают странные мутации, превращающие цветок во что-то немыслимо-махровое, но это случается в природе так редко, что и говорить об этом особо не стоит.
Ещё одна особенность анемона — белёсое колечко на донце цветка. Чем старше он становится, тем шире и заметнее колечко.
А теперь — тссс! Я открою вам страшную тайну.
Каждый анемон в момент своего рождения — мальчик!
Дальше пока Лёве рассказывать не будем. Дальше немного для взрослых.
Посмотрите сами: внутри чашечки — совсем неразвитый пестик, и вполне активная, свежая, готовая производить пыльцу — мужское семя — щёточка тычинок.
Не цветок — юноша резвый со взором пламенным… как цвет его лепестков.
О, вот этот цветочек постарше будет.
Видите? Нет, вы видите?
Тычинки становятся реже, слабее.
Зато донце цветка начинает вздыматься.
Выше и выше…
Бросьте ваши антропоморфные штучки! То, что вздымается — это, невзирая на аллюзии, женский половой орган цветка. Пестик, короче.
Анемон становится девочкой. И он, то есть, она, готова принять в себя пыльцу соседних, пока ещё мужских, анемонов.
Собственные же тычинки уже почти недееспособны. Шанс на самооплодотворение ничтожен.
Умно, однако!
Удачный кадр: три цветка, три разных стадии превращения мальчика-анемона в девочку.
А тут уже всё произошло. И внутри пестика этой пожилой дамы-анемонши сейчас развиваются дети.
Вот такие.
Каждый — с собственным парашютом. Не золотым, нет. Но вполне достаточным, чтобы при первом дуновении ветра отправиться в путешествие.
Как все дети. Мир посмотреть, себя показать. Найти своё место. Прорасти. Расцвести.
А родитель остаётся один…
«Нимоны!» — наверное, скажет Лёва, если мама до этого покажет ему предыдущие картинки.
Нет, дружок, это лютики.
Азиатский лютик, на иврите нурит.
Ну что, попробуем разъяснить его?
Ну, что у нас?
Стебелёк пушистый, как у анемона.
Но вот воротничка нет! Есть листья, но они далеко внизу.
Зато вокруг бутона — зубчатая зелёная чашечка. Не было такой у анемона, я точно помню!
Когда цветок распустится, раскроется и чашечка. Её листки останутся такими же заострёнными, как и раньше, но вот цвет у них снизу будет зелёным, а сверху — красноватым.
У лютика, как и у анемона, обычно пять лепестков.
Вот только часто (не всегда!) они расположены не внахлёст, а отдельно друг от друга.
Белого колечка на донце цветка нет.
Зато лепестки обычно блестят красивым металлическим блеском.
И тычинки и пестик совсем не похожи на анемоновские! Вот вернитесь назад, сами посмотрите…
Так, ещё одни киясные цитоки, Лёва!
Это тюльпаны, Лева!
Тюльпан, Лёва, тебе будет легче всего узнать. У тюльпана всегда шесть лепестков. Они вытянутые, и обычно у них острые кончики.
Тычинки внутри цветка тоже вытянутые и крупные. Да и пестик немаленький.
А ещё у тюльпана часто внизу цветка жёлтые пятнышки.
И листья у тюльпана собраны в пучок у основания стебелька. И они длинные и широкие.
Между прочим, название «тюльпан» произошло от слова «тюрбан». Так цветок назвали в Персии и в Турции, где впервые научились его разводить.
А вот это, наконец, и правда маки! Без обмана.
Ну-ка, давай посмотрим на мак повнимательнее!
Стебелек у мака длинный, тоненький.
И он такой… проволочный, что ли?
На нижней части каждого лепестка — по чёрному пятну, словно кто-то взялся выпачканными в угле пальцами.
Лепестка у мака всего четыре. И они какие-то мятые.
И плодик у мака особенный — многогранная коробочка с крышечкой.
Красивые у нас цветы, правда?
И не только красные.

 

Зоя Брук

По образованию биолог. Больше всего на свете люблю учиться, путешествовать и рассказывать. В какой-то момент поняла, что профессия гида идеально совмещает в себе все три любимых вида деятельности. Поэтому я гид по Израилю.