Хватит сравнивать! Вы приехали в другую страну

 

«Чем отличается израильская система образования от российской?»

другие ответы на этот вопрос

Есть две противоположные точки зрения. Одни говорят, что наши дети избалованы, что они наглые хамы, считающие, что им можно все. Что пресловутая израильская любовь к детям переходит во вседозволенность и они вырастают агрессивными эгоистами и нахалами. Аргументы оппонирующей стороны такие: эти самые «избалованные наглецы» служат в армии, которая считается одной из лучших в мире, или открывают всемирно известные стартапы, а значит, все правильно. И детей нужно любить и баловать, особенно в постоянно воюющей стране. А эффективность системы воспитания и образования проверяется уровнем жизни в стране и комфортностью проживания в ней. И можно сколько угодно говорить про прекрасную советскую педагогику, но в результате вы почему-то уехали оттуда и приехали сюда. В страну, которую построили развязные хамы, не знающие границ и математики.

Понятное дело, что, когда сталкиваются эти две точки зрения, искры летят. Особенно когда спорят те, кто родился в Израиле или давно здесь живет, и те, кто приехал недавно и соприкоснулся с местными реалиями.

Чопорная вежливость, сдержанность и обязательность неизбежно вступают в конфликт со средиземноморской расслабленностью, необязательностью и постоянным ором по всем вопросам. Ребенок, которого с детского сада учили сидеть тихо, не шевелясь и слушать учителя, оказывается в израильском классе, где все говорят одновременно, не умеют сидеть смирно, а учитель срывает голосовые связки, чтобы всех перекричать. Первая реакция обычно — шок. Потом некоторые привыкают и тоже начинают орать, некоторые — нет. И так и находятся в состоянии непрерывного шока, что не может не мешать и учебе, и адаптации.

Давайте попробуем не оценивать («хорошо» или «плохо»). Это просто реальность местных школ и, да, те самые особенности менталитета. Ну не бывает здесь тихих детей, не бывает! Забудьте. Откуда им взяться, если и взрослые постоянно орут, активно помогая себе жестикуляцией? Другой вопрос — как с этим справляться. Должен ли учитель пытаться навести порядок в классе? Должен. Во всех ли школах балаган на уроках? Не во всех. Но абсолютной тишины с аккуратно сложенными на парте руками нет нигде. И слава Богу! Потому что школа не должна быть похожа на тюрьму. Достаточно и того, что ребенок закрыт в ней на несколько часов в день. И если ему хочется поорать, пусть поорет. Но желательно все же не на уроке. Чем лучше школа, тем лучше учителя умеют находить вот этот необходимый компромисс между желанием ребенка быть собой (перекусывать на уроке, выходить в туалет, постоянно двигаться) и нормальным учебным процессом. Если это урок-лекция с конспектом или учебником, то нужны хоть какие-то тишина и внимание. Если это обсуждение или спор, то тишина вообще не нужна, а нужно умение слушать и не перебивать. Если же это проект, который делается в группах, нужны совсем другие навыки. Не стоит забывать и о прогрессе. Телефоны, планшеты, ноутбуки — для современных детей это то, чем были для нас ручка, тетрадь и учебник. Это их способ коммуникации и поиска информации. Современная школа ищет пути, как превратить все эти гаджеты из помехи в помощников. Потому что это реальность, которую нельзя отменить.

Я уверена, что та степень свободы, которую получают наши дети, действительно открывает для них всевозможные перспективы для самореализации и делает их умными и талантливыми, способными принимать новое и создавать его. Но, возможно, есть и те, для кого эта свобода во вред и кому все же нужны и дисциплина, и границы. Тогда, может быть, не стоит грести всех под одну гребенку, а лучше смотреть на каждого ребенка отдельно и решать проблемы по мере появления. А этих проблем миллион. Как и вариантов их решения.

Орущие израильские подростки — это, конечно, не для слабонервных и уж, конечно, не для чопорных советских граждан, но в стране советских граждан при виде толпы подростков переходили на другую сторону улицы, а здесь понимаешь, что этого делать не надо. В автобусе эта вопящая толпа с ногами на сидениях сначала выведет из себя всех вокруг, а потом ринется помогать женщине втащить в автобус коляску и, пока мама платит за проезд, будет так же шумно развлекать ребенка. Они кинутся поднимать упавшего человека и отпаивать его водой, успокоят и отведут к родителям потерявшегося в парке ребенка, потратив на это кучу времени, сил и организовав поиски по квадратам. Да, они могут послать учителя далеко и надолго, игнорируя напрочь сам факт его присутствия в классе, но если вам удастся заслужить их доверие и уважение, если они поймут, что вы прежде всего видите в них людей, если вы сделаете урок интересным, то они заговорят с вами на такие темы, что дар речи потеряете.

Даже самые отстающие и проблемные, с кучей приводов в полицию, могут открыться с неожиданной стороны и начать рассуждать, например, о моральном релятивизме и о проблемах добра и зла в современном мире. У нас вообще в школах дети говорят об очень серьезных вещах. О том, что такое дружба и как ее сохранить. О том, как спорить не оскорбляя. О том, как понять, что нужна помощь. О том, что не стыдно быть слабым, стыдно не помочь слабому.

Детей учат не тупо зазубривать факты и правила, а пропускать все через фильтры реальной жизни и реальных проблем. Даже тексты по грамматике будут на злободневные темы. Помню, как поразил меня израильский учебник по литературе. Он разделен на блоки: семья, дружба, принятие человека, отличного от тебя, праздники и памятные даты. Рассказы подобраны так, что всегда есть очень важная тема для обсуждения, для спора, для отстаивания своей точки зрения.

И, знаете, мне кажется, это важнее понимания того, чем образ главного героя отличается от второстепенных, или заучивания стихов наизусть. Лично я в десятом классе легко цитировала Пастернака, но мне и в голову не приходило пойти волонтером в школу для детей с особенностями и уж тем более ездить с ними на многодневные экскурсии, во время которых нужно быть все время рядом и помогать во всем, включая смену памперса. Я благодарна израильской системе образования за то, что мои дети знают и умеют такие вещи, о которых я даже не подозревала.

Мне кажется, первая ошибка, которую делают здесь вновь прибывшие, — это как раз попытка сравнить ту систему воспитания и образования с израильской. Потому что это то же самое, что сравнивать русский с ивритом. Какой язык богаче и красивее? Полагаю, что спор закончится скандалом, просто потому что он априори не имеет смысла. Вы приехали в другую страну, с другим языком, менталитетом и традициями. Можно, конечно, брезгливо поджать губы, назвать всех местных жителей обезьянами и так и остаться при этом мнении лет на двадцать. А можно выучить язык, подружиться с аборигенами и попытаться их понять. И выяснится, что не так все страшно. Они вас научат чему-то своему, а вы сможете поделиться своими знаниями и умениями, и в итоге получится что-то новое и очень интересное. Тем более что и ваши дети уже скоро будут этими самыми аборигенами, смуглыми и золотоглазыми. Да и вы сами однажды подойдете к зеркалу и поймете, что ваши глаза отсвечивают золотом.

А можно не пытаться понять, продолжить упрекать «диких» израильтян в том, что они не знают, кто такой Пушкин, и пылко утверждать, что в Израиле вообще нет литературы. Только при этом все же стоит понимать, что ее для вас нет, потому что вы просто-напросто не читаете на иврите.

Да, нет идеала. Есть исключения. Есть очень проблемные дети и плохие школы. Есть агрессия и нетерпимость, связанные как с детской жестокостью, так и с межэтническими конфликтами или некомпетентностью учителей. Есть падающий уровень жизни в депрессивных районах со всеми вытекающими. Есть проблемы адаптации детей новых репатриантов к новой жизни. Есть проблемы с бюджетами. Но есть и способы это решить. Ну хотя бы попытаться. И говорить об этом, говорить — с учителями, директорами, школьными психологами. Искать помощи и менять школу, если вы эту помощь не нашли.

И самое важное: не ждите от школы, что она, как стиральная машина, вернет вам вашего ребенка чистеньким и благоухающим. Самые главные люди для вашего ребенка — это все же вы!

 

Ольга Крылова

Родилась в России в маленьком городке Ленинградской области. Приехала в Израиль в 1990-м. Училась в Бар-Иланском и Тель-Авивском университетах. Живу в Ариэле. Двое детей. Преподаю историю и иврит.