«Почему ты не научила меня русскому?!»

Заговорили мы в одной эмигрантской компании про наших детей. Кто-то сказал: «Наши дети становятся американцами. Они не читают по-русски. Это ужасно. Они не читают Достоевского. Как они смогут жить без Достоевского?» И все закричали: «Как они смогут жить без Достоевского?!» На что художник Бахчанян заметил: «Пушкин жил, и ничего».

Из всех многочисленных потерь, с которыми сопряжена эмиграция, одна из самых болезненных — это потеря возможности пользоваться родным языком. И, даже если вы выучите другой язык, даже если имплантат приживется, все равно фантомные боли будут мучить всю жизнь. В какой-то момент застрянет в горле удачная острота — это непереводимо, а потому вдруг вы промолчите вместо того, чтобы щегольнуть игрой слов, — не на русском уже не играет. Родной язык останется, но для дома, для семьи, удобным креслом, халатом и тапочками. А на выход — будьте любезны, натирайте мозоли и желательно с улыбкой.

Но и дома в семье не все так просто. Дети очень быстро становятся иностранцами. Нашему старшему сыну было три с половиной года, когда мы приехали в Израиль. На второй день после приезда я рыдала белугой, глядя, как он пытается играть с детьми на площадке и не может, потому что они не понимают его, а он их. А через год этот маленький чужак уже с трудом понимал нас. Нет, не подумайте, мы пытались насаждать русский язык, как картошку при Петре, но со значительно меньшим успехом. Мы привезли с собой книжки, фильмы и игры — мы же интеллигентные люди. Начали, конечно, с Пушкина, «Сказка о попе…». Объясняю, что поп — это как у нас раввин, полба — что-то типа корнфлекса, ну а Балда… Вот наша бабушка ходит убирать по вторникам.. Смотрю, ребенок готов заплакать: «Мама, а что, бабушку там бьют?» На этом изучение «нашего всего» пришлось закончить. Мы переключились на Карлсона. Правда, тогда еще по-русски.

Дискуссии о русском языке не прекращались и становились все более напряженными. «Почему я должен учить русский язык?» — «Потому что это наш родной язык!» — «Так вы же с папой говорили, что мы евреи, поэтому уехали в Израиль. А у евреев родной язык иврит». — «Культурный человек должен знать много языков». — «В старших классах буду учить французский или арабский». — «Хороший русский обеспечит тебе преимущества при приеме на работу». — «Ага, ценю юмор, мама! Это заметно по количеству сторожей и уборщиц, которые говорят по-русски». Я не отступаю. Он взрослеет, я старею, бой продолжается. «Это великая культура. Пушкин-Достоевский-Толстой». — «Прочитаю в переводе». — «Но в переводе не то». — «Ага, я понял. Мураками, Маркеса и Дюма ты читала на языке оригинала». Я сдалась. Сил было мало, ребенок учебой практически не интересовался, смотрел по телевизору кулинарные передачи, и на родительские собрания я ходила, только приняв успокоительное.

Когда старшему сыну исполнилось восемнадцать, языковые войны стали для всех далеким прошлым. Мы с мужем говорили с детьми по-русски или на смеси двух языков, а они с нами на иврите. И вот почему-то старший сын поехал с нами на концерт «Машины времени». За что мы удостоились такой чести — не помню, ничем русским он особенно не интересовался. С концерта он вышел в жутком настроении: «Почему ты не научила меня русскому языку? Ты же учительница русского! Весь зал пел, а я ничего не понимал». — «Так ты же не хотел!» — «Могла бы заставить. Первый раз, что ли». «Тебя заставишь», подумала я, но спорить не стала.

Правда, одна запоздалая мысль мне все-таки в голову пришла. Учить русский язык нужно потому, что это здорово и интересно. Только как сделать так, чтобы было здорово и интересно? Прежде всего, отношение к предмету определяет личность учителя. И учебные пособия. Для наших детей русский язык не родной — увы. Но он и не иностранный — ура! Методисты называют его «семейным», потому что дети говорят на нем дома, в кругу семьи. Кстати, выяснилось, что русские родители в разных странах сталкиваются примерно с одними и теми же проблемами.

В 2009 году группа методистов из разных стран объединилась, чтобы написать учебный комплекс для наших детей-иностранцев — «Русский без границ». Мы очень старались, чтобы наше пособие было живым и говорило с детьми человеческим языком, чтобы они читали рассказы, которые мы отобрали, и хотели обсуждать прочитанное, чтобы грамматические правила были сформулированы доступно, чтобы не было никаких «приставочно-суффиксальных способов» и «выражения объектных отношений». Думаю, кое-что нам удалось. Самый чудесный комплимент я получила от своего ученика, который перед экзаменом на аттестат зрелости сказал мне: «Какую оценку получу по русскому, я не знаю. Но не жалею, что пошел на ваш курс. Учиться было весело. И тексты кульные».

13439165_278028575885443_6879761346581202520_nНедавно в питерском издательстве «Златоуст» у нас вышел новый учебник для детей 10-13 лет. Мы очень хотели, чтобы и он был «кульным». Мы пытались вызвать детей на разговор о том, что им интересно и важно: о скучных и веселых уроках, о дружбе и предательстве, о собаках и кошках, о том, что они любят есть, и о том, как проводят свободное время. Именно поэтому мы назвали учебник «По-русски обо всем». И грамматику мы предлагаем изучать с улыбкой, а не с гримасой страдания. И в разумных пределах. Мы использовали произведения классиков детской (и не детской) литературы: Саши Черного, Николая Носова, Виктора Драгунского и Александра Раскина. Еще мы включили рассказы и стихотворения современных, в том числе и молодых, авторов. Мы писали этот учебник улыбаясь и надеемся, что улыбаясь по нему будут заниматься наши и ваши дети и внуки.

Купить учебник «По-русски обо всем» можно на сайте издательства. Там же есть и образцы уроков. Попробуйте пройти их вместе с детьми. Будет кульно!

Марина Низник

Закончила филфак МГУ, защитила диссертацию о преподавании русского языка ивритоязычным студентам, написала исследование «Культурная ассимиляция русскоязычных подростков в Израиле». С 1995 года преподает русский язык и русскую литературу в Тель-Авивском университете и в школе имени Иоанны Жаботинской в Беэр-Яфкове.