Первые шаги аутиста в Израиле или Не надо пурум-пурум

Меня уже несколько раз спрашивали, что делать свежеприехавшим аутистам в Израиле. Поскольку весь мой опыт ограничивается только моим собственным, я подумала, что неплохо бы его один раз описать. Со всеми нюансами, с которыми мы встретились. А их нам таки встретилось.

Нюанс номер один в том, что даже когда очень близкие и желающие помочь друзья и знакомые, начинают объяснять, что и как, чувствуешь себя идиотом с каждой минутой все сильнее. Потому что все, что они говорят, звучит так: «Тебе надо обратиться в пурум, взять там пурум на пурум, отнести в пурум. Кстати, тебе уже дали пурум? Ты в курсе, что вам положено три пурум в неделю с учетом пурум и пурум? Если пурум не пурум, идешь к пурум и просишь сделать вам другой пурум. Но если этот пурум не дают, то проси два других пурума, они вам положены». Сидишь, киваешь головой в такт каждому пуруму и сходишь с ума, потому что за всеми эти пурумами леса не видно. Кажется, что никогда эти пурумы не победить, они сейчас навалятся скопом и просто сожрут весь твой мозг.

Нюанс номер два. Тут тоже есть плохие люди – «редиски». И процент этих «редисок» ничем не отличается в выборке по отношению к проценту «редисок» в другой стране. Главное отличие, что в Украине я знаю законы и могу общаться с «редисками» на родном языке. Тут я могу пока только грозно сдвигать брови и угрожающе сопеть. Нам, например, попались целых две «редиски» на пути к получению инвалидности и, что особенно забавно, обе эти «редиски» – выходцы из стран бывшего Союза.

Первая «редиска» была переводчик. Услышав, что мы новые репатрианты, ребенок с проблемами, нужно перевести-заверить документы из Украины, заломил несусветную цену, уверив, что для нас, конечно, скидка и вообще он почти не заработает на нас, входя в положение. Дело спасла подруга, которая осатанела от озвученной цены и за полминуты нашла другого переводчика за нормальные деньги хоть и без «невероятных» скидок.
Второй «редиской» оказалась, представьте себе, врач, проводившая диагностику, психолог.
Небольшое отступление.

Когда мы приехали, то поняли, что если пойдем по обычному пути — через очередь в больничной кассе, то рискуем не успеть к сентябрю получить мальчику школу. Поэтому мы сделали диагностику платно. Здесь и для образования, и для инвалидности нужно иметь заключения двух врачей: психиатра и психолога. И если получение пособия было делом не срочным, то в школу хотелось попасть к началу учебного года. К психиатру мы попали довольно быстро и не пожалели, оказалось, что эта же врач наша и от больничной кассы, только очередь к ней аж на ноябрь. А дело было в июне. Заключение на руках было уже через две недели. С психологом же оказалось куда как забавнее. Мы обратились по рекомендации и хорошо, что я вела с ней переписку. Я сразу написала, что мне нужно заключение для получения инвалидности. Врач быстро согласилась, мы все сделали, подали заключения обоих врачей в Битуах Леуми (Службу национального страхования), а через две недели получили ответ, что заключение психолога не подходит. Оказалось, что для того, чтобы делать заключения по инвалидности, нужно быть аккредитованным именно для этого. Для школы может делать заключение практически любой психолог. Наша врач как раз и была «любой» психолог, а выдавала себя за аккредитованного. Конечно, я потребовала у нее обратно деньги, но она начала торговаться, что, поскольку документы подошли для школы, то она отдаст нам только половину, ведь полработы же сделано. Я с ней переписывалась месяц, вежливо аргументирую, отправляя сканы переписки, где черным по белому было написано, что именно она должна была сделать. Она предлагала встретиться на дороге и передать часть денег наличкой (тут не практикуют подобный подход). Но в какой-то момент я пригрозила полицией и ровно через час деньги были у меня на счету.
Нюанс номер три.

Сложно понять последовательность действий и механизм. Куда сначала, куда потом. У тех, кто своих детей с аутизмом родил здесь, все процессы проходят похоже, но во многом отличаются.

Пока мы вывели такую формулу.

Нужно обязательно запастись документами с доисторической родины: заключения психолога, психиатра, логопеда, школьного учителя. По приезду перевести их на иврит. Это хоть и не обязательно, но лучше все-таки сделать.

Пойти в свою больничную кассу и сказать на простом иврите, английском или русском, если найдется русскоговорящий сотрудник: мы новые репатрианты, у нас ребенок с аутизмом столько-то лет. Мы хотим пройти обследование. В принципе нужно заключение психолога и психиатра, которые понадобятся для того, чтобы попасть в сад или школу, и для получения инвалидности.

Дальше вас отправляют в заведение под названием «итпатхут аелед», задачей которого является сопровождение вас в процессе получения всех документов, а именно: записи к профильным специалистам, выяснение всех нюансов вашего обследования и т.д. На деле получается, что в этом заведении народ не очень подвижный, и, чтобы им придать ускорение, нужно постоянно давить им на психику своим присутствием, звонками, жалобным видом и прочей атрибутикой «нам надо», в диапазоне от «помогите бедным репатриантам» до «позовите главного дядю, я буду на него орать на очень ломаном иврите». В общем-то, наш итпатхут аелед ковырялся, но недостаточно, чтобы на него орали, хватило нескольких звонков нашего родственника, достаточно вежливого и хорошо знающего иврит, чтобы они поняли, что «проще отдаться, чем объяснять, почему ты не хочешь»(с). Во всяком случае после ситуации с психологом они очень оперативно нашли нам другого. Правда, ехать к нему пришлось на другой конец страны, но при размерах Израиля тут и говорить не о чем.

Как только документы получены, с ними можно идти в два основных места.

1. В местную мэрию в отдел специального образования, который проведет комиссию и даст направление в школу или сад.

2. В Битуах Леуми — получать инвалидность. Статус инвалида дает разные льготы, пенсию и скидки. Для подачи документов в Битуах Леуми нужно взять в ближайшем отделении или распечатать с сайта очень простую анкету и заполнить ее с помощью любого доброго и отзывчивого знакомого. Последнюю страничку анкеты заполняет педагог ребенка. А потом нужно отвезти документы в ближайшее отделение Битуах Леуми и отдать сотруднику или бросить в специальный ящик на входе. Все статусы о прохождении документов оба родителя получают в виде смс и электронной почты. Мы подали документы 17 ноября, 4 декабря нам уже перечислили первое пособие, 16 декабря документы дошли нам по почте. Так же можно взять в отделении специальный код для входа в личный кабинет на сайте, где отображается весь документооборот и принятые решения по ребенку. Так, когда мы шли в Реваху, документы об инвалидности к нам еще не дошли, но мы их распечатали с сайта.

Реваха — это такой специальный соцотдел. Они могут помочь материально, выделить помощника, дополнительные занятия, продленку. Мы были уже, пообщались с соцработником, пока ничего не получили, потому что там тоже есть процедуры. Например, мы приносим туда документы об инвалидности, заключение педагогов из школы и финансовые документы (выписки из банка). Они подают эти документы в свой основной отдел, который должен нас как бы «признать» семьей, требующей социальной помощи. После этого нам огласят, что нам положено.

P.S. В Украине мой сын занимался рисованием, но учителя относились к нему по остаточному принципу. Пусть будет, так и быть, лишь бы не мешал. В Израиле сразу сказали, что у него большие способности и посоветовали заниматься с ним. На фото — Илюша и игрушка. Хамелеон. Собственноручно и до конца сшитая и раскрашенная.
Продолжение следует..

читать также:

Елизавета Моносова

Елизавета Моносова

Никогда не представляла, что захочу замуж, рожу троих детей и перееду в Израиль. В общем, своими планами я уже рассмешила Бога. В Израиле меньше месяца.