Четыре игрушки

Есть мало вещей, которые я люблю так, как ёлочные игрушки. Только их. Остальное давно потерялось в пути.

Мой дед Леня после войны остался служить в Берлине. Офицеры оттуда возвращались с невиданным добром. Дед Леня вернулся с мешком ёлочных игрушек.

Бабушка всегда когда об этом рассказывала, делала вид, что сердится.

«Ну ты видела второго такого дурака? Ямпольский привёз зингер, Иван на машине приехал, а Лёня Дед Мороз. Мы спали на железных кроватях, на матрасы денег не было. Но когда наряжали ёлку… все приходили посмотреть»

И бабушка тихо смеялась.

Дед привёз игрушки небывалой красоты. Большинство я знала только по рассказам бабушки. Несколько видела на фото.

«Мне все говорили: «прибереги от мальчишек. Разобьют ведь, жалко».

Игрушки для детей, а я от них прятать буду? Глупость какая-то. Ну и, конечно же, почти все разбили».

Но не все. Четыре игрушки уцелели. Я помню каждую. Маленькие механизмы ручной работы. Балерина, двое мишек на коньках, клоун и девочка с муфтой.

Я, бабушка, дедушка и собака Герда. Иногда один из моих двоюродных братьев. Так мы встретили 13 зимних праздников, с годами слившихся в одно самое тёплое воспоминание.

Дед работал в строительном СМУ. До сих пор помню название и понятия не имею, что обозначает. Елка появлялась 30 декабря. Деда на работе обожали, и, пытаясь хоть как-то отблагодарить этого бессеребреника, доставляли нам самую пушистую красавицу.

Первыми вешали четыре игрушки. Потом остальные. Они тоже были немецкими и очень красивыми.

«Эти игрушки купила твоя мама. Она любит все красивое. Я таких в магазинах никогда не видела», — с любовью, как всегда, говорила о своей, уже бывшей, невестке бабушка.

«Когда ты вырастешь, выйдешь замуж и у тебя будут детки, будешь с ними наряжать ёлку и, глядя на эти игрушки, вспоминать нас с Лёней».

А после было как у всех. «Ирония Судьбы» и мои обожаемые «Чародеи». Праздничный стол. Проводы Старого года.

Потом начиналась моя любимая часть — концерт со мной во всех главных ролях. Я заранее готовила программку, костюмы и декорации.

Мне разрешали абсолютно все и помогали в исполнении всех планов.

Фигурное катание — я, Ирина Роднина на коньках (в чехлах), с огромным плюшевым зайцем в роли Александра Зайцева.

Я в мамином голубом пеньюаре — Алла Пугачева, исполняю «Паромщика» и на бис «Миллион алых роз».
Я в старом бабушкином платке танцую цыганочку.

Мои самые благодарные зрители.

Куранты, поздравление очередного главного коммуниста, «Голубой огонёк».

Никаких «тебе пора спать», никакого «детского времени».

Мы знали, что 90-й год будет нашим последним общим праздником, но встречали как всегда счастливо и радостно.

В августе, за месяц до моего отъезда в Израиль, бабушка умерла. Наверное, Бог решил, что прощания ей не пережить, и пожалел.

Коробочка с маленькими чайными ложечками, с гравировкой «Любимой внучке Лерочке от бабушки Веры 7.7.90» и тот самый цыганский платок — вот и все мое наследство от того счастья.

В сентябре 90-го, ещё не оправившись от ужасной потери, я прощалась с дедом.
В Израиль мы везли контейнеры никому ненужных вещей, но ёлочных игрушек среди них не было.

Детство закончилось, началась новая жизнь, в которой Новому году места уже не было, а Рош ха Шане ещё не нашлось.

Через несколько лет дед Леня встретил женщину, и они решили репатриироваться в Израиль. В отличие от женщины, дед «делами» никогда не занимался и ничего в них не понимал. Отъезд был оформлен стремительно (к этому времени обстоятельства уже изменились, и дед мог уехать). Квартира продана, а все ненужное выброшено или оставлено соседям.

У кого теперь живут мои четыре игрушки? Живы ли они вообще?

Дед Леня умер 30 декабря 9 лет назад.

По Новому году я скучала очень очень долго, но, как всегда происходит с любой тоской, привыкла. По-прежнему люблю, но уже не чувствую.
Переехав в Питер в 2005, я окончательно смирилась с тем, что мой праздник потерян. В этой предновогодней суете, в этом празднике и после я радуюсь только одному — елочным игрушкам.

А потом родилась Маша, и у меня снова появилась елочка. Из Лапландии мы привезли чудесные елочные игрушки и каждый год наряжаем нашу серебряно- красную красотку.

Я ужасно берегу эти игрушки. Говорю Марату: «Давай ёлку в угол поставим. Эйтан ее уронит. Жалко же игрушки»
А он отвечает: «Да ну. Мы же ёлку для детей поставили. И игрушки для них. А сами прятать будем?»

У меня не получилось выполнить данного бабушке обещания и сохранить игрушки.

Хотя… возможно, она не это имела в виду? Возможно, дело не в елочных игрушках, а в той радости, которую дед Леня привез из Германии? В той любви, которую эти два человека подарили своим близким? В том тепле, которое я ощущаю спустя почти 30 лет?

В том, что я все-таки встретила человека, который не станет прятать от детей ценные игрушки?
В том, что в Новый Год всей нашей большой дружной семье будет уютно, надежно и тепло?

С праздником, дорогие!
Добра и любви всем нам. Будьте здоровы, любите и будьте любимы. И главное — просто будьте!

Валерия Имбрик-Ниренберг

Я юрист. Работаю в офисе адвоката Эли Гервица. Живу в Тель-Авиве более 20 лет. Люблю и знаю этот город.